Embracing Tao, you become embraced.
Supple, breathing gently, you become reborn.
Clearing your vision, you become clear.
Nurturing your beloved, you become impartial.
Opening your heart, you become accepted.
Accepting the World, you embrace Tao.
Bearing and nurturing,
Creating but not owning,
Giving without demanding,
Controlling without authority,
This is love.

Src: http://academic.brooklyn.cuny.edu/core9/phalsall/texts/taote-ex.html

“The reason that the Yanagawa Corps [the 10th Army] is advancing [to Nanking] as rapidly is due to the tacit consent among the officers and men that they could loot and rape as they wish.” - about the Rape of Nanking (Nánjīng, 南京), December 1937 - February 1938.

“Smiling soldiers can be seen conducting bayonet practice on live prisoners, decapitating them and displaying severed heads as souvenirs, and proudly standing among mutilated corpses. Some of the Chinese POWs (Prisoners of war) were simply mowed down by machine-gun fire while others were tied-up, soaked with gasoline and burned alive.
…
After slaughtering the remaining Chinese military forces, the soldiers turned their attention to the women of Nanking and an outright animalistic hunt ensued. … More than 20,000 females (with some estimates as high as 80,000) were gang-raped by Japanese soldiers, then stabbed to death with bayonets or shot so they could never bear witness.”

http://operationbrokensilence.org/2008/11/26/project-previous-crisis-explanation-pce-nanking/

— Эй, привет. Что тут делаешь, приятель?
— А? Да так, воздухом подышать вышел.
— Ничего себе, «подышать». Смогом и выхлопными газами?
— Эй, прохожий, проходи…
— Спокойно, спокойно. Чего кипятишься-то? Я только спросил.

Оба стояли на мосту, смотрели вниз на воду.

— Странно здесь встретить человека. Все же, не самое популярное место для прогулок.
— В том-то и дело. Обычно тут вообще никого не бывает. Даже машины — редкость.
— Ага. Ну а все-таки, что вы здесь делаете? Не спится, небось? На речку вышли посмотреть?
— Вышел. С детства люблю … вот так по городу погулять.

Они опять глядели на воду, о чем-то вздыхали и молчали.

— А я было подумал, что ты топиться сюда пришел.
— Хм. Если даже и так, то тебе-то что? Иди-ка лучше, куда шел.
— Да я уже на месте. Почти. Ты — первый, я — за тобой.
— Ты что, тоже?

Оба закурили.

— Из-за чего?
— Жизнь — дерьмо.
— Аналогично.
— Но у меня — хуже.
— Ага, конечно. Ты не знаешь, о чем говоришь…
— Что, тяжелое детство? Деревянные игрушки, прибитые к полу?
— Пошел в жопу — и без тебя тошно.

Закурили еще по одной. И еще по одной.

— А, может, лучше пойдем в «Максфилдс»? По пиву. Он еще работает.
— Хм. Чай, кофе, пиво? А, черт с ним. Пойдем.

Оба спешно направились к центру города. Облака как-будто специально расползлись, и на почти ясном небе светила луна, отражаясь в реке. Звезды пытались с ней соперничать, но у них ничего не получалось.

Как только наши герои вышли к набережной, с противоположной стороны моста показался еще один персонаж. Он тоже вышел на середину моста и долго там стоял, смотрел на ночной город, на блики луны, отраженной в речной ряби. Потом он вздохнул, огляделся по сторонам — ни души. Перелез через перила. Еще раз о чем-то вздохнул и прыгнул.

Сегодня во сне общался с Марти Фридманом.. клевый пацан.